Forest.ru
Все о российских лесах
Logo
Все о российских лесах | О сайте | Баннерная сеть | Опросы | Форумы | Карта сайта | Поиск
English version

Общая информация о российских лесах

Новости

Лесные пожары

Лес и болота

Российское лесное законодательство

Устойчивое лесопользование в России

"Лесной бюллетень"

Периодические издания и рассылки

Публикации

Проекты и кампании

Семинары и конференции

Полевые работы

Пресс-релизы и другие материалы для СМИ

 

Новости в RSS-формате
Новости в RSS-формате

Совет по сохранению природного наследия нации

Лесной бюллетень
 Номер 28, июнь 2005
Предыдущая статья Обложка номера

Об оставлении при сплошных рубках малоценных лиственных деревьев

А. Ю. Ярошенко

Преобладающим видом рубок в лесах России являются сплошные рубки. В конце 80-х на них приходилось более 90% от общего объёма заготавливаемой в стране древесины. Сейчас доля сплошных рубок несколько уменьшилась (это связано с тем, что примерно треть от общего объёма заготовки товарной древесины в России приходится на коммерческие рубки, проводящиеся под видом «рубок ухода» или «санитарных рубок»), тем не менее, она и в последние годы превышает 70%. По всей видимости, доля сплошных рубок будет оставаться весьма большой и в обозримом будущем, что связано и с особенностями ведения хозяйства в таёжных лесах, и с имеющейся лесозаготовительной техникой, и с устоявшимися традициями. Так что вопрос о том, как правильнее всего вести сплошные рубки, ещё долго будет оставаться для России весьма важным. Предлагаемая Вашему вниманию статья рассматривает один из вопросов ведения сплошных рубок в таёжных лесах России — а именно вопрос о том, насколько нужно и можно оставлять при сплошных рубках малоценные (для лесопромышленников) деревья и группы деревьев, в первую очередь берёзы и осины.

В прошлом (до начала последней четверти ХХ века) в России, а затем и в СССР, допускались так называемые «условно-сплошные рубки», при которых лесозаготовители имели право оставлять «на корню», т.е. не рубить, все малоценные для них деревья, которые трудно было вывезти или использовать. В основном оставлялись деревья лиственных пород (берёзы, осины) — их часто просто нельзя было вывезти с удалённых лесосек, поскольку господствующим способом транспортировки древесины был сплав, а при сплаве брёвна из этих деревьев тонули — не говоря уж о том, что спрос на древесину этих деревьев был весьма ограничен. Кроме того, оставлялись все малоценные («фаутные», или имеющие различные пороки древесины, и тонкомерные) деревья.

Начиная с конца 70-х, условно-сплошные рубки стали постепенно запрещать и вводить санкции за «недорубы» — оставление деревьев или участков леса, отведённых в рубку. В настоящее время возможность проведения условно-сплошных рубок действующими нормативами не предусматривается, а за оставление малоценных деревьев или участков леса «на корню» предусматривается штраф в размере четырехкратной таксовой стоимости за древесину, отпускаемую на корню лесопользователям. Некоторые лесопользователи предпочитают оставить ненужные им деревья осины или берёзы среди сплошной вырубки и заплатить штраф (благо таксовая стоимость берёзы и осины настолько мала, что даже четырехкратный штраф оказывается сопоставимым с себестоимостью рубки и вывозки этих деревьев). Некоторые — используют древесину этих деревьев как дармовой материал, например, мостят ими дороги (так называемые «лежнёвки»). В большинстве же случаев под угрозой штрафов и других санкций лесопользователи всё-таки вырубают при сплошных рубках все деревья вне зависимости от их хозяйственной ценности и возможности их использования.

Логика авторов ныне действующих правил рубок и других нормативов, предусматривающих обязательную вырубку всех деревьев при сплошных рубках в таёжных лесах, была, очевидно, такой. Предполагалось, что после рубки того или иного участка леса на всей площади лесосеки будет обеспечено искусственное (посадкой или посевом) или естественное (путём, например, оставления семенных куртин или полос и специальной подготовки почвы) возобновление хозяйственно ценных хвойных пород деревьев. После этого, как предполагалось, за возобновлением будет обеспечен необходимый уход (удаление «хозяйственно малоценной» поросли лиственных деревьев, разреживание растущего леса до оптимальной густоты) — в результате чего к возрасту его спелости будет обеспечен максимальный объём ценной хвойной древесины. При таком подходе оставленные малоценные деревья, особенно лиственные (кроны которых способны быстро разрастаться при вырубке окружающего леса), рассматривались как однозначно вредные — затеняющие молодой лес и замедляющие его рост. Кроме того, авторы правил опасались, что оставление малоценных деревьев (худшего качества) приведёт к «отрицательной селекции» — то есть к тому, что в лесу будут оставаться со временем всё худшие и худшие деревья, дающие худшее же в генетическом отношении потомство. И, конечно, существовал господствовавший во времена СССР «план по валу» — то есть план по общему объёму заготовки древесины (без разбора — нужной или ненужной), и разработчики правил просто опасались включать в правила что-либо, что могло как-то навредить выполнению этого плана.

Высокая степень очистки лесосек на тяжёлых почвах приводит к формированию чистых лиственных молодняков. Фото: В. Кантор/Гринпис России

Однако жизнь показала, что далеко не все эти соображения оказались верными. Прежде всего — не сработала идея насчёт эффективного восстановления хвойных лесов после сплошных рубок. Конечно искусственное или естественное возобновление хвойных после рубок часто обеспечивалось, но вот до ухода за молодняками руки обычно не доходили, особенно в лесах так называемых «многолесных» районов. Уход проводился, но площадь, на которой он проводился, в среднем за вторую половину ХХ века не превышала десятой части от потребности. В результате на участках условно-сплошных рубок первой половины и 60-х г.г. ХХ века к настоящему времени сформировались в основном смешанные хвойно-лиственные, а часто и хвойные леса — из оставлявшегося при рубках «тонкомера» и крупного подроста хвойных деревьев (который значительно легче переносил последствия рубки благодаря некоторому прикрытию оставленных лиственных деревьев) — хотя практически никаких искусственных мер по восстановлению хвойных лесов в те времена не предпринималось. На участках же более поздних сплошных рубок, несмотря на немалые усилия по искусственному восстановлению хвойных молодняков и некоторые усилия по уходу за ними, в основном сформировались лиственные леса. Конечно, это лишь общая тенденция — например, в самых густонаселенных районах, в лесах первой и второй групп уход за молодняками был более интенсивным, и там были достигнуты более или менее удовлетворительные результаты. Но, поскольку большая часть заготовки древесины приходилась всё-таки на третью группу лесов, общая картина последствий сплошных рубок оказалась довольно удручающей.

Со временем появились и другие соображения против обязательной рубки всех, в том числе и малоценных, деревьев при сплошных рубках. Лесные специалисты начали обращать внимание на вопросы экономики лесопользования (в 70-е и 80-е о них особенно не заботились — всё равно все деньги шли по большому кругу через бюджет, и эффективность конкретных мероприятий мало влияла на финансовое положение лесозаготовительных предприятий). Стало очевидным, что рубка малоценных деревьев несёт довольно большие убытки — ведь затраты на рубку и вывозку гнилой осины нисколько не уменьшаются от того, что она гнилая и её почти никак нельзя использовать. Наконец, возникли вопросы и по поводу экологических последствий сплошных рубок (в 70-е и 80-е о них тоже не сильно задумывались, а раньше и тем более). Стало очевидно, что крупномасштабные сплошные рубки приводят к полному преобразованию лесной среды, коренным образом изменяют микроклиматические условия, существовавшие под пологом леса (до 1993 г. включительно в таёжных лесах России допускались сплошные рубки площадью до 200 гектаров, сейчас предельная площадь уменьшена до 50, что всё равно много). Для многих лесных видов растений и животных такое преобразование лесной среды оказалось слишком сильным — появились однозначные признаки упрощения и сокращения лесного биологического разнообразия. Достаточно посмотреть Красную книгу России или любого из таёжных регионов, чтобы понять, насколько велика доля редких видов, для которых главной угрозой являются рубки естественных лесов.

Сейчас среди работников лесной службы и ведомственной лесной науки до сих пор господствует точка зрения, что лиственные и другие малоценные деревья при сплошных рубках необходимо рубить (принуждая к этому лесопромышленников правилами и штрафами за их неисполнение). Но альтернативная точка зрения — что необходимо разрешить лесопромышленникам оставлять (возможно, за исключением отдельных случаев) малоценные лиственные деревья при сплошных рубках и отменить штрафы за «недорубы» — получает всё большее и большее распространение и признание.

Ниже перечисляются основные доводы в пользу этой точки зрения — положительные моменты оставления при сплошных рубках «на корню» малоценных деревьев лиственных и, в отдельных случаях, хвойных пород.

Разреженный защитный полог из лиственных деревьев обеспечивает сохранение лесной среды и высокую степень сохранности подроста хвойных деревьев. Фото: В. Кантор/Гринпис России

1. Оставление части деревьев (например, малоценных лиственных деревьев) при сплошных рубках позволяет уменьшить степень преобразования лесной среды. Сплошные вырубки и вообще открытые участки сильно отличаются от леса по микроклиматическим условиям — влажности, температуре, освещенности и по тому, как эти условия изменяются в течение суток. Например, температура на вырубках может отличаться от температуры под пологом леса на несколько градусов, а влажность — на десятки процентов, и при этом колебания температуры и влажности на открытых вырубках значительно больше, чем под пологом леса. В результате, например, поздневесенние или раннелетние заморозки (совершенно обычные в таёжных лесах) могут очень существенно повреждать молодые приросты ели, пихты и других чувствительных видов растений. Воздействие ночных заморозков в последующий день усугубляется воздействием на поврежденные ткани жаркого весеннего солнца — в результате в отдельные годы молодые приросты подроста хвойных на вырубках в северных лесах оказываются уничтоженными почти полностью. На особенно холодных участках (например, в низинах или на ветреных местах) подобные заморозки могут ежегодно уничтожать ранние приросты ели — до тех пор, пока вырубка не затянется сомкнутым пологом лиственных деревьев и лесной микроклимат хотя бы частично не восстановится.

Изменение микроклимата на участках сплошных рубок служит одной из важнейших причин гибели оставляемого при рубках естественного подроста хвойных деревьев — особенно ели и пихты. Кроме повреждения весенними заморозками, подрост (особенно крупный) сильно страдает от пониженной влажности воздуха. Часто крупный подрост ели не успевает адаптироваться к изменившимся условиям и засыхает в первые годы после проведения рубки. В то же время еловый подрост, находящийся хотя бы в лёгкой тени оставшихся лиственных деревьев, легче адаптируется к новым условиям и значительно чаще выживает.

С точки зрения сохранения лесного микроклимата оставление отдельных деревьев при сплошных рубках в качестве защитного полога особенно важно в северных лесах (северной и средней тайге), а также на холодных участках — в низинах, предгорьях, на склонах и ветреных участках. Эта мера тем более важна, чем больше размер вырубки (площадь и ширина). На вырубках, площадь которых превышает несколько гектаров, защитное воздействие прилегающих стен леса (с точки зрения образования микроклимата) минимально, и проблема уничтожения лесного микроклимата здесь особенно важна. На таких вырубках оставление защитных деревьев должно стать правилом, особенно в тех случаях, когда предполагается возобновление чувствительных к заморозкам и изменению микроклимата деревьев (в первую очередь ели и пихты).

2. Оставление части деревьев обеспечивает условия для лучшего сохранения биологического разнообразия. Сохранение биологического разнообразия является неотъемлемой частью современного цивилизованного лесного хозяйства. Требования к сохранению биологического разнообразия лесов предусматриваются и российским законодательством — в том числе Лесным кодексом; хотя бы поэтому меры по сохранению биологического разнообразия при рубках необходимы. Биологическое разнообразие лесов зависит от того, насколько в этих лесах поддерживается внутренняя структура (мозаика) мест обитания, экологических ниш, необходимых для всего разнообразия естественно обитающих в них видов. То есть — мозаика условий под пологом леса и субстратов, на которых могут жить те или иные виды, в том числе мёртвой древесины, стволов старых деревьев, западин и бугров, образующихся при выпадении таких деревьев, и т.д. Чем более простая структура древостоя формируется после рубки, тем более однородными оказываются условия под пологом этого древостоя впоследствии (после его смыкания). Тем меньшее количество видов, соответственно, находит подходящие для себя условия под пологом этого древостоя. Оставление отдельных элементов старого древостоя создаёт необходимую однородность будущего леса, а впоследствии обеспечивает и образование в нём мертвой древесины, служащей субстратом для поселения многих видов растений и мелких животных.

Важность оставления отдельных элементов исходного древостоя возрастает с увеличением площади лесосек. Если лесосеки мелкие (в пределах нескольких гектаров), высокая мозаичность условий под пологом леса обеспечивается за счёт большой суммарной протяженности краевых зон — границ между старыми и молодыми лесами, древостоями разного возраста, возникшими после разных видов рубок. Если преобладают крупные лесосеки — важность сохранения мозаичности условий внутри самой лесосеки многократно возрастает.

3. Оставление ненужных деревьев позволяет уменьшить воздействие на почву, живой напочвенный покров, подрост деревьев. Отказ от рубки и вывозки ненужной древесины позволяет уменьшить количество проходов техники по лесосеке, а значит, уменьшается степень уплотнения и повреждения почвенного покрова. Уплотнение почвенного покрова при трелёвке или подвозке древесины в пределах лесосеки — один из важных факторов, которые могут впоследствии отрицательно влиять на рост молодых деревьев. А перемешивание верхних горизонтов почвы часто ведёт к повышенной эрозии почвы, смыву наиболее плодородного верхнего слоя. Так что снижение воздействия техники на почвенный покров является безусловно положительным следствием оставления ненужных деревьев (хотя, может быть, и не самым важным).

Оставление ненужных деревьев, особенно если эти деревья располагаются в виде групп или целых небольших участков леса, позволяет в большей степени сохранить и подрост хвойных деревьев — просто за счёт того, что тракторам и другим механизмам нет надобности заезжать внутрь этих групп или участков леса, и подрост, находящийся внутри таких групп, остается неповреждённым. Надо отметить, что как раз под группами лиственных деревьев или даже отдельными крупными лиственными деревьями в таёжных темнохвойных лесах чаще всего и формируются наиболее жизнеспособные куртины елового подроста — за счёт того, что под пологом лиственных деревьев освещённость значительно выше.

При близком залегании грунтовых вод сплошная рубка ведёт к подтоплению и заболачиванию лесосек. Фото: В. Кантор/Гринпис России

4. Оставление части деревьев, особенно лиственных, позволяет избежать поднятия уровня грунтовых вод, подтопления и заболачивания лесосек. Во многих случаях, особенно при близком залегании грунтовых вод, сплошная рубка может приводить к заметному подъёму уровня грунтовых вод, подтоплению или даже заболачиванию лесосеки. Это связано с тем, что растущий лес является очень мощным испарителем воды, извлекаемой им из почвы — за счёт этого даже на переувлажненных участках верхний слой почвы часто оказывается не насыщенным водой. Травянистая растительность, образующаяся на вырубке в первые годы, испаряет влаги значительно меньше — влагорегулирующая роль растительности существенно снижается. В отдельных случаях (весьма нередких) подтопление лесосек может приводить к гибели большей части оставшегося хвойного подроста или вновь высаженных лесных культур. Рост леса на многие годы замедляется — до тех пор, пока на лесосеке не сформируется новый лес, который приведет уровень грунтовых вод в исходное состояние. В худшем случае заболачивание может оказаться постоянным (например, такое нередко происходит в окрестностях крупных верховых болот, где процессы заболачивания и заторфовывания лесосек идут особенно быстро).

И в этом случае важность оставления отдельных деревьев или участков леса растёт с увеличением размера лесосек. На узких и небольших лесосеках заметное осушающее влияние могут оказывать прилегающие стены леса. На лесосеках большой ширины и площади такое влияние практически отсутствует, и оставление отдельных деревьев в качестве «водяных насосов» приобретает особое значение. Надо отметить, что лиственные деревья — испаряющие влагу наиболее активно — с этой ролью справляются лучше всего.

Леса, сформировавшиеся на участках условно-сплошных рубок послевоенного времени, служат главной сырьевой базой для многих лесозаготовителей. Если бы рубки были сплошными, ресурсная ценность этих лесов восстановилась бы на несколько десятилетий позже. Фото: В. Кантор/Гринпис России

5. Оставление ненужных деревьев повышает доходность лесопользования. Очевидно, что от доходности лесопользования в той или иной степени зависит сама возможность ведения грамотного и качественного лесного хозяйства, эффективной охраны лесов, поддержания в приличном состоянии лесных поселков и дорог. Доходность же в свою очередь зависит от соотношения расходов и доходов, получаемых лесопользователями. Если последние могут каким-либо образом избавиться от ненужных хозяйственных операций (которые требуют расходов, но не приносят доходов — ни сейчас, ни в длительной перспективе) — это повышает доходность лесопользования. Понятно, что в лесном хозяйстве неизбежны мероприятия, которые не несут ничего, кроме затрат. Их надо проводить, если они позволят сохранить лес или дадут какую-то отдачу в будущем. Но от бессмысленных мероприятий и действий, которые несут сейчас одни убытки и пользы от которых в будущем не предвидится, надо избавляться.

К числу таких бессмысленных мероприятий часто относится и рубка малоценных лиственных деревьев в пределах лесосек — особенно в тех случаях, когда от оставления таких деревьев «на корню» есть очевидная польза для лесовозобновления (за счёт сохранения и защиты подроста), сохранения биологического разнообразия (за счёт повышения разнообразия структуры нового леса), предотвращения заболачивания и т.д.

Справедливости ради стоит упомянуть и о тех опасениях, которые вызывает у многих лесоводов оставление малоценных (в том числе лиственных) деревьев при сплошных рубках.

Опасение 1. Оставление худших (малоценные деревья часто являются худшими по своим биологическим показателям) деревьев может вести к деградации генофонда лесных деревьев. На самом деле, это опасение далеко не всегда является справедливым. Например, оставление на лесосеке всех лиственных деревьев (кроме растущих на волоках и технологических участках), входящих в качестве примеси в преимущественно хвойный лес, никак не повлияет на генофонд лиственной части древостоя. Это очевидно, поскольку никакого отрицательного отбора деревьев при таком подходе производиться не будет. Оставление на лесосеке деревьев осины, пусть даже и худших, также не может заметно повлиять на генофонд этой древесной породы — поскольку возобновление её на вырубках происходит почти исключительно порослью от корней как вырубленных, так и оставленных деревьев. Не говоря уже о том, что обычно и старое поколение осины имеет порослевое происхождение и в пределах лесосеки может быть представлено одним или несколькими клонами. Поскольку в основном идёт речь об оставлении на лесосеках именно лиственных деревьев (как ветроустойчивых и обычно наименее ценных) — последствия такой меры для генофонда лесных деревьев можно считать минимальными.

Применительно к хвойным это опасение также сильно преувеличено. Низкое товарное качество хвойных деревьев часто может быть обусловлено не столько генотипом деревьев, сколько условиями, в которых эти деревья развивались и росли. Например, наличие пожарных подсушин на стволах сосны, или гнили, образовавшиеся на стволах ели на местах повреждения ранее упавшими деревьями или лосем, не имеют явного отношения к генотипу этих деревьев. Оставление таких деревьев не повлечёт за собой никаких неблагоприятных последствий для лесного генофонда.

И уж во всяком случае по степени негативного влияния на генофонд древесных растений оставление повреждённых или ослабленных хвойных деревьев при сплошных рубках никак не может сравниться с «рубками дохода», которые сейчас повсеместно проводятся лесхозами — выборкой, под видом рубок ухода или санитарных рубок, заведомо лучших хвойных деревьев.

Опасение 2. Оставление малоценных деревьев лиственных пород при сплошных рубках усилит процесс «смены пород», будет вести к большей смене хвойных лесов на лиственные. На самом деле это опасение вовсе не является справедливым. Как уже говорилось ранее, оставление разреженного защитного полога лиственных деревьев может обеспечить значительно большую степень сохранности хвойного (елового) подроста и тонкомера — а значит, большую долю хвойных в молодняках на тех вырубках, где не будет производиться искусственного лесовосстановления. Не зря у лесничих в дореволюционной России бытовала поговорка «осина — нянька ели».

Кроме того, оставление разреженного полога лиственных деревьев в реальности будет подавлять образование молодой поросли этих пород — поскольку и берёза, и осина являются светолюбивыми деревьями, и лёгкое затенение уменьшает их шансы. На старых условно-сплошных вырубках на месте оставлявшихся куртин лиственных деревьев сейчас можно найти в основном хвойный подрост (или уже довольно взрослые хвойные деревья, в зависимости от возраста рубки). На тех же участках, где древостой вырубался полностью (например, в окрестностях погрузочных площадок, лесовозных дорог и т.д.) — современный древостой в основном бывает представлен лиственными деревьями.

Что касается самих оставляемых деревьев — они, как правило, во время рубки основной части древостоя (если рубка идет в преимущественно хвойном лесу) уже находятся в предельном биологическом возрасте, и естественная гибель таких деревьев происходит в течение первых немногих десятилетий после рубки. Так что в целом оставление малоценных лиственных деревьев при сплошных рубках не способствует смене хвойных лесов на лиственные, а препятствует ей.

Опасение 3. Оставленные малоценные деревья послужат местом развития различных вредителей и болезней леса, которые потом могут перекинуться на соседние лесные участки. Это опасение также неправомерно. Во-первых, лиственные деревья, оставляемые на лесосеках, чаще всего хорошо переживают изменившиеся условия и не становятся лёгкой добычей для вредителей и болезней. Во-вторых, болезни и вредители лиственных деревьев в подавляющем большинстве случаев не представляют опасностей для хвойных — соответственно, наиболее ценные (с хозяйственной точки зрения) деревья в окружающих лесах не имеют шансов пострадать. В третьих, на российских лесосеках обычно оставляется так много порубочных остатков, что добавление к их объёму еще некоторого количества живых деревьев принципиально ситуацию не меняет.

Одновременно с этим оставление на лесосеках разреженного полога или даже отдельных лиственных деревьев может существенно снизить степень повреждения примыкающих к лесосеке стен леса. Очень часто леса, примыкающие к сплошным вырубкам (особенно еловые), начинают усыхать — в основном вследствие изменяющегося микроклимата, солнечных ожогов, повреждения ветром. Если степень преобразования лесной среды на лесосеке будет уменьшена за счёт оставления части ветроустойчивых деревьев (а лиственные деревья таковыми и являются) — уменьшится и неблагоприятное воздействие на стены леса.

Опасение 4. Оставление на лесосеках малоценных деревьев приведёт к недоиспользованию (неполному использованию) древесных ресурсов. Это опасение является на самом деле наиболее распространенным среди работников лесного хозяйства. Однако здесь уместно отметить, что использование древесных ресурсов — это именно заготовка их с пользой, для той или иной надобности. Если же малоценные лиственные деревья рубятся (поскольку так предписывают правила), а потом сжигаются на лесосеке (чтобы не платить штраф за оставление деловой древесины) или просто бросаются — это не использование, а бессмысленное уничтожение лесных ресурсов. В бессмысленном уничтожении лесных ресурсов ничего хорошего нет (даже если оно полностью соответствует правилам), и от него надо безжалостно отказываться.

Ко всему вышеизложенному необходимо добавить следующее. Оставление малоценных лиственных деревьев при сплошных рубках вряд ли должно стать повсеместной обязательной нормой (как сейчас является повсеместной обязательной нормой рубка этих деревьев). Лес — слишком сложная биологическая система для того, чтобы можно было предложить какое-то одно правило, безусловно правильное всегда и везде. Грамотное и эффективное лесное хозяйство всегда должно подразумевать творческий подход — в том числе и к проведению рубок. Все вышеперечисленные соображения насчёт полезности оставления малоценных деревьев (особенно лиственных) при сплошных рубках будут актуальны в удалённых таёжных лесах, где не предполагается или фактически не проводится интенсивных мероприятий по лесовосстановлению и лесовыращиванию.

Однако и там могут быть исключения — например, поддержание некоторых типов таёжных ландшафтов с преобладанием светлохвойных деревьев (сосны и лиственницы) может требовать именно высокой степени преобразования лесной среды при сплошных рубках (в том числе расчистки или даже выжигания лесосеки). Оставление каких-либо элементов исходного древостоя может оказаться неуместным и при ведении высокоинтенсивного лесного хозяйства плантационного типа (правда, такое хозяйство пока встречается в России в основном в учебных пособиях). Как бы то ни было, никакое правило не должно становиться абсолютным. Окончательные решения всё равно (при нормальном хозяйстве) должны принимать лесные специалисты, работающие на местах, знающие свой лес и понимающие, каковы цели хозяйства в каждом конкретном случае. Надо лишь дать возможность этим специалистам применять свои знания на практике и принимать самостоятельные решения — в том числе и связанные с оставлением на лесосеках лиственных деревьев или каких-либо иных элементов исходного древостоя.


Обсудить статью вы можете на нашем форуме.


Share |

Семейство сайтов Forest.RU: Всё о российских лесах | Дубы Евразии | Всероссийское Движение "Возродим наш лес" | Российский музей лесаОбзоры прессы и аналитика | Леса Новгородчины | Всё о сибирском кедре и его родственниках | Национальный парк "Угра" | Алтайская авиабаза | Выращивание кедра сибирского в Средней полосе России | Дом детского и юношеского туризма и экскурсий | Красноярский Центр защиты леса | Всё о грибах

Forest.RU для Вас: Войти в семейство сайтов | Книги и видео

К началу этой страницы

На входную страницу

рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001289093796 (Интернет-портал Forest.RU)

Напишите нам!