Forest.ru
Все о российских лесах
Logo
Все о российских лесах | О сайте | Баннерная сеть | Опросы | Форумы | Карта сайта | Поиск
English version

Общая информация о российских лесах

Новости

Лесные пожары

Лес и болота

Российское лесное законодательство

Устойчивое лесопользование в России

"Лесной бюллетень"

Периодические издания и рассылки

Публикации

Проекты и кампании

Семинары и конференции

Полевые работы

Пресс-релизы и другие материалы для СМИ

 

Новости в RSS-формате
Новости в RSS-формате

Совет по сохранению природного наследия нации

Проект Лесного кодекса - враждебен интересам России

Проект Лесного кодекса (ПЛК) внесен в Государственную Думу Председателем Правительства РФ (распоряжение от 28.01.05 г., № 84-р). Тем же распоряжением для лоббирования ПЛК в обеих палатах Федерального собрания назначен зам. Министра экономического развития и торговли РФ. Уже в самой Государственной Думе ее Комитет по природным ресурсам своими решениями № 34.11 от 03.02.05 г. и 3.12-13/76 от 04.02.05 г.:

а) согласовал и направил ПЛК как будущего федерального закона обеим палатам Федерального собрания России, Совету Государственной Думы, Президенту, Правительству России и еще многим органам государственной власти страны;

б) определил, что отзывы и замечания по ПЛК могут поступать в Думу только до 10.04.05 г.

Таким образом, можно сказать, что в Государственной Думе практически все готово к тому, чтобы в стране в самый короткий срок появился имеющий силу закона новый Лесной кодекс РФ. Содержание и качество Лесного кодекса касаются практически каждого гражданина России. Поэтому не может не показаться противоестественным то, что вышеназванные действия произошли без предварительного публичного обсуждения ПЛК с гражданами России вообще и ее с ее лесоводами в первую очередь, т.е. с теми, кто на профессиональном уровне владеет знаниями о том, что такое лесное хозяйство, каковы его главные цели и пути их достижения. Несмотря на спланированное пренебрежительное отношение к людям моей профессии, я, лесовод с полувековым стажем, считаю себя и своих коллег обязанными недвусмысленно и публично высказать свое отношение к ПЛК, который в короткое время может стать законом России.

Знакомство со многими предшествующими вариантами ПЛК и его последним текстом, подготовленными, очевидно, одной и той же командой анонимных неспециалистов лесного хозяйства, заставляет меня сказать, что в данной ситуации, напоминающей весну 1917 года, граждане России не должны занять позицию, о которой один из современных авторитетов, применив бульварный жаргон, коротко сказал: "Пипл все схавает". Это "все", как обнаженный от дипломатической риторики вопрос "быть или не быть", теперь поставлен о будущем лесного хозяйства страны, о ее лесопромышленном комплексе и о самих лесах России. В России и других странах имеется обширный объем накопленных знаний о лесах и о ведении лесного хозяйства при разных формах его экономической и административной организации. Нужны немалые усилия, чтобы освоить эту информацию. Тем не менее, хотя бы минимальным объемом приведенных ниже сведений должен владеть каждый гражданин, чтобы иметь возможность самому, если не в деталях, то в главном правильно оценить содержание текста, который уже получил в Государственной Думе статус ПЛК.

О средообразующей роли и социальном значении наших лесов

В ПЛК отсутствует постановка политической задачи, обязывающей всех и каждого так вести хозяйственную и иную деятельность в наших лесах, чтобы они не перестали быть ландшафтно-образующими доминантами на большей части территории страны.

С происходящими изменениями важнейших характеристик наших лесов и их былого биологического разнообразия не могут не изменяться и сами наши ландшафты. Другими становятся условия, при которых возникли и сформировались этносы России. Хорошо, если у людей, уже позволивших поставить на себе многие опасные социально-экономические и экологические эксперименты, не разовьется что-то вроде массового синдрома неприятия новых условий жизни. А если именно так получится или уже получилось? Иные скажут: фантазия. Отвечу - возможно. Только напомню о следующем.

- Не было раньше в России такого количества самоубийц (в том числе среди молодых людей).

- Против расчетов, выполненных еще Д.И. Менделеевым, население России за последние 100 лет не увеличилось до ожидаемого полумиллиарда, а напротив, уменьшилось на 100 млн. человек.

- Площадь пашен России уже сократилась на 40 млн. га. Напомню, что наши пашни - это та самая земля-кормилица, на создание которой ушло больше лет, чем стоит сама Россия. За ради этой земли в разных войнах погибли миллионы людей. Теперь, брошенная, она превращается в бесполезный чапыжник. Как лесовод, не могу с горечью не сказать о том, что если бы эту землю хотя бы засадили лесом, страна могла бы иметь здесь, в своих обжитых районах, как минимум, 160 млн. м3 деловой древесины в год, получая доход от ее реализации на уровне 1,5-2,0 млрд. $ в год и еще многие рабочие места в организованных здесь же комплексных агролесопромышленных предприятиях. Только вот сделать это, видимо, некому, поскольку не заметны сегодня на общественном горизонте России люди с такой созидательной силой, какая была у некоторых Романовых, Строгановых, Ольденбургов, Уваровых, Фальц-Фейнов, Кенигов, Орловых, Морозовых, Третьяковых, Демидовых, Ломиковских и других.

Леса России составляют около 10% поверхности суши Земли (это - без Антарктиды). Казалось бы, немного. Однако именно в наших таежных (бореальных) лесах (а большая их часть находится в России, меньшая - в Северной Америке) мы имеем положительное сальдо в "работе" живых систем по консервации и диссимиляции органических веществ, образуемых за счет энергии Солнца. Результат: обогащение атмосферы кислородом и сток из нее в почву двуокиси углерода (СО2), вызывающей в атмосфере Земли тот самый тепличный эффект, о возможных последствиях которого теперь не слышали разве что малые дети.

Вышесказанное нельзя не дополнить упоминанием о водоохраной и водорегулирующей роли лесов. Эту роль лучше других выполняют наши хвойные и, особенно, темнохвойные деревья. На их кронах задерживается до 40% осадков, а под ними снег весной сходит значительно медленнее. Когда в конце XIX-начале XX века помещики и крестьяне Московской губернии "хорошо рубанули" свои самые ценные хвойные леса, весной 1908 года под водой оказалась значительная часть самой Москвы.

В числе причин усилившихся в последние годы паводковых наводнений лесоводы уже давно называли сокращение площади хвойных лесов в бассейнах малых и больших рек. Этот вывод был сделан не на пустом месте, а на основе длительных наблюдений, экспериментов и расчетов, проведенных проф. Н.С. Нестеровым, проф. А.В. Побединским и другими исследователями. По этому поводу, надо сказать, власти страны с лесоводами не спорили и не спорят. Тем не менее, уже многие годы в России рубили и продолжают рубить главным образом сосновые и еловые древостои. Да еще делают это так, что теперь примерно на половине площади вырубок растут не ель и сосна, а гнилые осинники и березняки. В итоге смена наших коренных хвойных лесов мелколиственными получила масштаб явления географического, что хорошо видно, если посмотреть на изменившийся цвет карт лесов разных лет. Последняя такая карта (спасибо ее авторам!!), выпущенная в 2004 году по данным космической съемки силами ряда независимых организаций, отчетливо свидетельствует о том, что в нашем "зеленом море тайги" хвойные леса остались, главным образом, на северных и восточных окраинах, преимущественно в виде низкопродуктивных древостоев, да еще кое-где в виде недорубленных полосок и островков.

Лесоводы знают, как остановить и повернуть вспять процесс смены хвойных лесов мелколиственными. Чтобы реализовать эти знания, нужна четкая политическая установка на общегосударственном уровне. Однако в тексте ПЛК данная общегосударственная проблема и пути ее законодательного решения вообще не обозначены. Поэтому и впредь наводнения будут случаться в стране все чаще, как если бы они были кому-то нужны.

Еще об одной важной средообразующей функции лесов просто нельзя не сказать, а именно о существующей связи между качеством и количеством питьевой воды и лесистостью многих территорий. Те, кто просчитывает наше будущее, говорят, что не за горами время, когда хорошая питьевая вода будет стоить в некоторых регионах дороже нефти. По этому поводу напомню, что оставшиеся еще не вырубленными в бассейне Байкала хвойные леса сберегают не только для нас, но и для многих других стран уникальное количество хорошей питьевой воды. Если безответственные люди, действуя под разными предлогами, не пустят на ветер это богатство, те, кто помоложе, наверное, смогут увидеть бутыли с байкальской водой на полках супермаркетов.

Завершая разговор о природоохранной функции лесов, считаю себя обязанным подчеркнуть, что составители ПЛК как бы "проехали мимо" этой темы. Последнюю свели к нечетким ограничениям в способах рубок в лесах специального назначения. В отношении же всех остальных лесов (а их - подавляющее большинство!) в ПЛК даже не обозначены пределы, за границами которых используемые режимы и способы рубок леса, а также сроки и качество их возобновления должны рассматриваться и пресекаться как незаконные по экологическим и иным показаниям. Повторяя действующий Лесной кодекс (1997), проект нового Лесного кодекса перепоручает решение вышеназванных и иных основополагающих вопросов исполнительным органам власти. Таким образом, и тогда и сейчас Федеральное собрание оказывается как бы освобожденным от ответственности за качество и последствия проводимых в стране любых рубок леса, в том числе и хищнических, что, по моему мнению, в принципе неправильно.

В связи с вышесказанным, считаю полезным напомнить, что в Финляндии, в ее "Законе о лесе" (1996) есть §18 и§19, в которых четко названы санкции, применяемые в отношении нарушителей Закона. В зависимости от нанесенного государству ущерба и величины извлеченной при этом выгоды в числе санкций названы: конфискация данной выгоды и даже тюремное заключение на срок до 2-х лет.

Экономическая суть лесохозяйственного производства

Говорить об этом приходится потому, что иные наши руководители воспринимают лесное хозяйство всего лишь как территорию, в границах которой как-то само по себе возникает то, что они называют "возобновляемым сырьевым ресурсом", т.е. что-то вроде карьера с самовоспроизводящимся гравием. В подтверждение такой точки зрения один из видных министров СССР публично заявил, что лесоводы лесу вообще не нужны. Другой, еще более известный политический деятель, в ответ на просьбу рубить лес в меру, а не подряд, ответил еще "круче", примерно так: вы, лесоводы, мешаете нам строить социализм.

Увы, такие мысли не остались в нашем прошлом. Они не возникают сами по себе, но опирались и опираются на следующие распространенные "аргументы".

Первый. Леса могут расти и без нас, т.е. там, где людей вообще не было и нет. Посылка эта верна, но только для своего времени и места. Как сложнейшая живая система с множеством деревьев разного возраста и бесчисленным количеством сопутствующих им существ, леса, в масштабе времени человеческой жизни, существуют, не старея, вечно, если, конечно, они не станут жертвой некой природной катастрофы или разрушительной активности людей. Древние охотники-собиратели не могли нанести лесам существенный урон. Хуже пришлось лесам, когда наши пращуры стали осваивать их под пашни и пастбища. И уж совсем плохо - в индустриальный век, когда начались массовые рубки леса с использованием высокопроизводительных машин. В этих новых условиях лес как автотрофная система уже не в состоянии охранить себя сам, если на его территории лесоводы не организовали то, что еще наши корифеи называли правильным лесным хозяйством. Суть его легче понять, если сравнить лес с надежным банком, а человека - с его разумным клиентом. Последний берет в банке накопленные проценты, но не трогает сам капитал, дополняя его по мере возможности. Это выгодно обоим. В свое время наш Лесной департамент на каждый рубль, вложенный в государственное лесное хозяйство, имел два рубля чистого лесного дохода в год. Из этой суммы 10% передавались органам власти на местах, что стимулировало их интерес к максимизации лесного дохода в окрестных лесах, 60% отправлялись в бюджет страны на общегосударственные нужды и 30% оставались в распоряжении Лесного департамента. Этого было достаточно, чтобы поддерживать свои леса в хорошем состоянии, не истощать их хищническими рубками и иметь позитивную динамику своего развития как государственной структуры. О том, как вести именно такое правильное лесное хозяйство нашими учеными-лесоводами написаны содержательные книги. Те, кто их не читал, и, тем не менее, пытаются на свой лад реформировать лесное хозяйство страны, не могут не уподобиться известным персонажам басен И.А. Крылова.

Второй. Это распространенное в умах представление о том, что лесов в России якобы так много, что их хватит на всех и на все времена. Эта мысль, очевидно, возникла в головах людей еще тогда, когда Петр I ввел жесткий запрет на вырубку корабельных лесов вдоль рек. Столетия после этого прошли. Корабельные рощи теперь можно увидеть разве что в крошечных заповедниках. А иллюзия о собственном лесном богатстве сохранилась.

В действительности же, как говорил еще проф. М.М. Орлов, Россия богата землями, на которых присутствует древесная растительность, но не запасами древесины, представляющими реальную коммерческую ценность. В расчете на одного человека по запасам такой древесины Россия значительно беднее Финляндии. В Канаде леса со средним приростом древесины менее 2 м3/га вообще не включают в число предназначенных для систематического использования в качестве источника древесного сырья для промышленных нужд. В России таких лесов подавляющее большинство. Из 800 млн. га лесной площади для лесопромышленной деятельности у нас доступно по экономическим показателям примерно лишь 200 млн. га. И именно эти леса в сильной степени уже истощены продолжающимися рубками.

В нашем не очень далеком прошлом чтобы резко "увеличить" запасы якобы "спелой" и доступной древесины вообще и хвойных пород в частности Госплан СССР осуществил следующие административные акции:

1. Вместо объективных и легко проверяемых критериев, на основании которых леса ранее подразделяли на хвойные и лиственные, позволил зачислять в хвойные также те, где эти породы не доминируют, но могут (??) стать преобладающими, если за ними проводить затратные рубки ухода. Естественно, что это не могло не вызвать подвижек цифровых данных лесной статистики из ее реальной сферы в более благополучную сослагательную.

2. Позволил определять расчетные лесосеки (т.е. разрешенное к изъятию количество древесины, при котором не происходит истощение лесов) без их привязки к выделенным лесоустройством хозяйственным дачам (хозяйственным частям лесничеств) с однородными лесорастительными и социально-экономическими условиями. Вместо этого было разрешено: а) определять "расчетные" лесосеки для крупных, явно неоднородных, административных структур (даже не для лесничеств, а для лесхозов), б) включать в базу расчетов, в виде общей суммы древесных запасов, территории с заведомо разными показателями рентабельности лесосечных работ, в том числе площади вообще не доступные для лесопромышленной деятельности по экономическим причинам. Таким образом, был создан и до сих пор поддерживается выгодный чиновникам миф о нашей сказочно гигантской расчетной лесосеке, используемый в качестве обоснования для вырубки еще оставшихся доступных лесов.

3. Позволил снизить возрасты главных рубок в хвойных древостоях где - на 20, а где и на 40 лет. По экономическим последствиям эта акция была просто самоубийственной. В результате в наши дни 8 субъектов РФ, расположенных в лесной зоне, уже столкнулись с тем, что в их "спелых" хвойных лесах средние запасы древесины оказались ниже, чем в приспевающих, а в двух областях - скатились до уровня средневозрастных.

В рассматриваемом тексте ПЛК отсутствуют законодательные определения, позволяющие положить конец вышеназванной разрушительной практике. Как и раньше, согласно ПЛК, наш Парламент собирается передоверить органам исполнительной власти установку минимальных возрастов главных рубок леса. Это обещает продолжение уже имеющих место манипуляций, в итоге которых в просматриваемой перспективе станут реальными следующие три варианта развития нашего лесного бизнеса:

· брать и использовать оставшуюся низкокачественную древесину в лесах, которые, например, в Псковской области уже получили меткое название "дрянников", что не может не определить наше подчиненное положение на международном рынке изделий из древесины;

· вкладывать деньги в ускоренное производство дополнительного количества ценной древесины: а) путем более интенсивного ухода за оставшимися молодыми лесами и б) путем закладки и ускоренного выращивания целевых лесосырьевых плантаций;

· завозить для своих предприятий недостающее количество древесного сырья из других стран.

Чтобы предстоящий лесосырьевой кризис не ударил страну с такой же неожиданностью как дефолт 1998 года, по моему мнению, необходимо:

Ш раз и навсегда покончить с самообманом о том, что мы, Россия, являемся якобы крупнейшим в мире держателем доступного для эксплуатации пула дешевого и высококачественного древесного сырья;

Ш включать в стратегические бизнес-планы только те реально доступные запасы древесного сырья, эксплуатация которых (обязательно вкупе с расходами на лесовозобновление!) может принести большую прибыль, чем вложение средств в надежные коммерческие банки и ценные бумаги;

Ш бережно обходиться с остатками доступных для доходной эксплуатации хвойных лесов России; сохранять их, в первую очередь, для нужд своих предприятий; непременно форсировать работы по возобновлению хвойных лесов на свежих и старых вырубках.

О содержании и качестве ПЛК

В разных СМИ о проекте нового Лесного кодекса опубликовано множество материалов. В просмотренных статьях я не обнаружил ни одной, содержащей сколько-нибудь весомые аргументы в его пользу и защиту.

Чтобы не повторяться, ниже названы только те особенности ПЛК, которые представляют, с моей точки зрения, наибольшую опасность для лесного хозяйства и для всего лесного комплекса страны.

1. В ПЛК обойден полным молчанием вопрос о проведении экономической реформы, позволяющей не продлевать существующее в лесном комплексе страны экономическое извращение, при котором государственное лесное хозяйство официально продолжает функционировать в режиме тоталитарной и, якобы, бестоварной экономики, тогда как все остальные сектора лесного комплекса уже давно вошли в рыночные отношения. Тем, кому не понятно скрытое предназначение этой искусственно созданной ситуации, поясню, что при ее сохранении в нашем лесном хозяйстве, оно будет вынуждено оставаться в положении экономического импотента, якобы не способного к продуктивной экономической деятельности. Несостоятельность такой позиции совершенно очевидна всем, кто хоть сколько-нибудь знаком с опытом работы Лесного департамента России в условиях реальной рыночной экономики, а также с современным опытом экономической организации доходного лесного хозяйства в Литве, Финляндии и других странах. Однако составители ПЛК упорно желают действовать вопреки этому опыту. Почему???

2. ПЛК легализует (т.е. делает как бы законным) ускоренное истребление доступных для доходных рубок лесов практически всех групп и категорий защитности. Для достижения этой разрушительной цели в разных статьях ПЛК предусмотрены следующие три основных канала:

- огульно бесплатная передача разным лесопользователям древесины, получаемой ими при проведении сплошных и выборочных санитарных рубок. По этому поводу напомню, что в ассортименте вырубаемых деревьев практически всегда присутствуют (или даже преобладают!) стволы, практически не утратившие своей коммерческой ценности, например, такие, у которых только закопчена кора у их основания от вызванного разными причинами беглого пожара. В ПЛК не предусмотрена (не трудно догадаться, почему) дифференцированная оплата вырубаемых при санитарных рубках деревьев по их реальной коммерческой (рыночной) цене. Это открывает широкие возможности для массовых злоупотреблений, в том числе таких, когда в сплошную рубку (под видом санитарной) назначают древостои - подчеркну еще раз! - в лесах всех групп и категорий защитности;

- такую же бесплатную передачу древостоев арендаторам и другим лесопользователям ПЛК предусматривает под видом проведения "рубок ухода". В названном термине намеренно смешаны два разных понятия - рубки ухода за молодняками, при которых получают не имеющий коммерческой стоимости хмыз, и рубки промежуточного пользования, при которых получают древесину, имеющую реальную (и не маленькую!) рыночную цену. Такие рубки в ПЛК тоже названы рубками ухода, которые - подчеркнем - разрешено проводить (т.е. изымать ценную древесину) в лесах всех групп и категорий защитности и до наступления официально установленного возраста рубок главного пользования. И это все ПЛК позволяет делать бесплатно;

- практически бесплатную передачу лесов в рубку ПЛК разрешает делать еще в одном, самом широко рекламируемом канале - под видом сдачи лесов в так называемую аренду. Интересно заметить, что над этой "крышей" в ПЛК висит как бы в качестве лозунга тезис: пользование лесом должно быть платным. В принципе этот тезис сомнений не вызывает. Он "работает" в других странах теперь и надежно "работал" в России в нашем прошлом при условии, что на аукционах продавали отведенные в рубку конкретные участки леса с обоснованной расчетной (стартовой) ценой. Однако вместо этого в ПЛК предусмотрено нечто странное, а именно: продавать на аукционах права на аренду лесных территорий (!?). ПЛК не сообщает, кем и как будут определяться стартовые цены на такой разнокачественный внутри себя "товар", что дает основание говорить о формируемой нише для дальнейшего развития коррупции в сфере лесного бизнеса. Нельзя еще не сказать о том, что ПЛК возлагает на арендаторов совокупность обязанностей по ведению лесного хозяйства на полученных во временное пользование лесных площадях. По этому поводу нужно спросить составителей ПЛК об основаниях, позволяющих им столь уверенно продвигать указанную новацию в жизнь, да еще в законодательном порядке. Может быть, они проводили в условиях какой-то части России эксперименты и получили хорошие результаты? Тогда почему эти результаты не приобрели широкую известность? К сожалению, должен сообщить о том, что широкую известность получили другие эксперименты по сдаче лесов в аренду, проведенные в России в двух казенных лесничествах около 150 лет тому назад. Их результаты однозначно показали, что хуже данного варианта организации управления лесным хозяйством нет и быть не может, о чем имеется четкое официальное заключение Министерства государственных имуществ. Зачем теперь нам снова заниматься тем, что уже было объективно оценено и обоснованно отброшено? Какой во всем этом кроется смысл? Может быть, на составителей ПЛК оказали некое перевернутое влияние известные современные данные Счетной палаты России о том, что сдача лесов в так называемую аренду вызвала в стране многократное снижение получаемых сумм лесного дохода, по сравнению с продажей отведенных в рубку участков леса на открытых аукционах? К сказанному добавлю еще, что указанный результат отнюдь не случаен, и что ранее, во времена НЭПа, реализованный тогда отказ от распределения леса в рубку чиновниками в пользу продажи его на открытых торгах (аукционах) позволил за один год вдвое увеличить лесной доход страны. Полагаю, что получение аналогичного результата в наше время могло бы соответствовать тому, к чему теперь призывает Президент страны своих Министров.

Предложения

Просить Федеральное собрание:

1. Направить ПЛК в Счетную палату РФ для определения вероятных потерь страны в случае, если бы данный текст приобрел силу закона РФ.

2. Решить вопрос о незамедлительной реализации предложения Председателя Совета Федерации С.М. Миронова о разработке Национальной лесной комплексной программы России, основанной на балансе интересов разных лесных отраслей и страны в целом. Привлечь к разработке такой крайне важной для страны программы своих высококвалифицированных ученых и, непременно, ученых других стран с развитой социально ориентированной рыночной экономикой. Принять названную национальную программу как "рамочный" федеральный закон и уже затем, в его развитие, возобновить работу над Лесным кодексом.

Главный научный сотрудник ФГУ СПбНИИЛХ,
Заслуженный лесовод России,
Член-корр. РАСХН,
д-р сельскохозяйственных наук, профессор И.В. Шутов

10.04.2005

тел: (812) 552-81-34
(812) 552-80-21

факс: (812) 552-80-42
e-mail: SPBFRIin@NM10043.spb.edu

назад | на первую страницу законодательного раздела



Share |

Семейство сайтов Forest.RU: Всё о российских лесах | Дубы Евразии | Всероссийское Движение "Возродим наш лес" | Российский музей лесаОбзоры прессы и аналитика | Леса Новгородчины | Всё о сибирском кедре и его родственниках | Национальный парк "Угра" | Алтайская авиабаза | Выращивание кедра сибирского в Средней полосе России | Дом детского и юношеского туризма и экскурсий | Красноярский Центр защиты леса | Всё о грибах

Forest.RU для Вас: Войти в семейство сайтов | Книги и видео

К началу этой страницы

На входную страницу

рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001289093796 (Интернет-портал Forest.RU)

Напишите нам!