Forest.ru
Все о российских лесах
Logo
Все о российских лесах | О сайте | Баннерная сеть | Опросы | Форумы | Карта сайта | Поиск
English version

Общая информация о российских лесах

Новости

Лесные пожары

Лес и болота

Российское лесное законодательство

Устойчивое лесопользование в России

"Лесной бюллетень"

Периодические издания и рассылки

Публикации

Проекты и кампании

Семинары и конференции

Полевые работы

Пресс-релизы и другие материалы для СМИ

 

Новости в RSS-формате
Новости в RSS-формате

Совет по сохранению природного наследия нации

И взойдут семена

СЕРДЦЕВИНА УСПЕХА

Вы, взыскующие Нового града, не знаете и не чувствуете радость хозяина, когда он видит выводок цыплят, заботу его, когда он окучивает дерево или делает прививки яблоне. Вы полагаете - он о барышах думает. Не только о барышах, а иногда и совсем о них не думает: он радость произрастания испытывает, он видит плоды трудов своих, он радуется живому...
А вы забываете об этом, не так живете да еще надсмехаетесь над этой жизнью, называя ее корыстным счастьем.
А. Воронский

В настоящее время скот и колхозников, и всех других, кто проживает на территории колхоза, одинаково хорошо обеспечивается и кормами, и летними выпасами, созданными на пашне из белого клевера с овсяницей рядом с каждой деревней. Путь к этой относительной идиллии был долог, извилист и труден. Потому что мы были первопроходцами.

В основе всего того, что постепенно привело к такому состоянию, была наша решимость любым способом выполнить в хозяйстве весь комплекс работ, направленных на преодоление свирепствующей вовсю эрозии. Ибо без этого не видели перспективы у хозяйства и смысла в своем труде. И в моей душе вопреки прежним представлениям уже через несколько лет председательства все более и более на первый план выходило стремление восстановить прерванную "связь времен", добиваться в пределах своих возможностей гармонии между человеком и природой. Но и былые представления тоже сказывались в моих практических действиях. Все это создавало сложную мозаику напряженной жизни в колхозе - небольшом кусочке огромной страны. Ведь специализация на производстве говядины и молока еще в 1970 году, ликвидация свиноферм смело и, так сказать, без страха и сомнения была проведена не только потому, что откорм закупленного у населения скота был очень прибыльным делом, - ведь это могло быть временным явлением (таковым и оказался), - но главным образом потому, что почти вся пашня у нас располагалась на склонах и необходимо было в максимальной степени занять их травами, чтобы не допускать смыва почвы. Да и крайне необходимого нашим полям навоза крупный рогатый скот дает значительно больше, чем свиньи.

Сердцевиной успеха в борьбе с эрозией в нашем колхозе является регулирование, а в большинстве оврагов и прекращение пастьбы скота. Других угодий для выпаса тогда не было. До проведения в жизнь этого мероприятия успешно бороться с оврагами было невозможно, так как уже ранней весной неокрепший травяной покров на их склонах вытаптывался, выбивался скотом, что вело к образованию множества промоин, маленьких овражков, наступивших на пашню. А некоторые из них, как уже было сказано, превращались в настоящие овраги. Без прекращения пастьбы скота в оврагах невозможно было и вырастить посаженные по склонам и днищам их, а также по берегам речек иву и другие деревья, и все эти подгнившие запруды из подручного материала через несколько лет были бы сметены весенней водой. Невозможно было и увеличить продуктивность овражно-балочных угодий колхоза, которые занимают 14% сельхозугодий нашего хозяйства.

С великими трудностями было связано решение этого вопроса. Ведь если в большинстве своем члены колхоза не поддержат нововведения, если после этих новоьведений хоть немного не станет легче жить, они на очередном собрании вполне могут скинуть председателя колхоза.

Где-то в 1965 или 1966 году на собрании уполномоченных добились принятия решения о прекращении пастьбы свиней. Тогда почти все жители села не содержали их дома, а выпускали туда же, где паслась остальная скотина. И дома их почти не кормили, а осенью свиньи жителей деревень, близких к лесу, откармливались на желудях, помногу дней не приходя домой из леса. Да и другая скотина паслась в государственном лесу. И лесники ничего не могли поделать. Это сейчас в наших лесах подрост как в джунглях, тогда он весь поедался скотиной, и лес насквозь просматривался. А осенью население массово собирало и вывозило листья из леса домой - для кормления и подстилки. Такая была нужда. Даже верить этому не хочется.

И долгое время еще борозды, оставленные свиньями, мешали косить сено в возрождаемых оврагах.

В повестку дня стал вопрос уже о прекращении выпаса всего скота в оврагах. Но до этого надо было на переходный период решить вопрос с кормами.

Тут нас выручила люцерна.

К началу моего председательства люцерны было лишь три гектара. В основном сеяли клевер, да и его было мало. Он часто выпадал, так как надежно удается лишь при одногодичном использовании, чего тогда почти не делали. Мы убедились, что склоны полей лучше всего занимать именно люцерной, которая дает хороший урожай в течение многих лет, притом по два укоса. Пришлось проявить должную настойчивость, чтобы быстрее внедрить эту высокобелковую культуру. Тут помогли советы Георгия Степановича Скворцова, известного в нашей республике опытника. Он много лет руководил коммуной "Чеморданы", а после объединения этой коммуны с соседним колхозом работал опытником. Руководимая им коммуна, а потом бригада имела более высокие урожаи, чем другие хозяйства, завоевала много дипломов ВДНХ СССР. Насколько я знаю, именно Г. С. Скворцов первым в Чувашии начал сеять люцерну, а также завез в республику картофель сорта "лорх", спасший жизнь многих людей в военные и послевоенные годы.

Почвозащитные севообороты в основном заняли люцерной. Она не боится засухи, так как имеет мощную корневую систему. На смытых склонах наших полей по самому краю оврага, где земля в летнюю жару покрывается трещинами, на одной глине без удобрений она дает два хороших укоса. Притом до 25 августа. После этой даты люцерну уже не косим, чтобы она подросла, окрепла для предстоящей суровой зимы. До холодов она обычно успевает еще вырасти до 25-30 см и в первые же снегопады надежно прикрывается "белым одеялом". Когда настанет зима, допускаем умеренный выпас овец по этому зимнему пастбищу. От этого выпадов люцерны не было, а настриг шерсти резко увеличился.

К 1970 году колхоз уже имел посевы люцерны около 400 гектаров. И все это - на склоновых землях.

С 1968 года в колхозе были начаты работы по коренному улучшению склоновых земель. Для этого бульдозером снимали бугры, засыпали овражки и промоины. Затем участок дисковали тяжелой бороной в три-четыре следа и после выравнивания почвы культиватором и каткования засевали в первый год однолетними травами, чтобы разложить дернину, а на следующий год - люцерной.

Со временем эти работы прекратили. Так как аэрофотосъемкой обнаружили эти участки коренного улучшения и перевели их в пашню. А планы по зерну и яйцам (и птицеферма была тогда) доводились исходя из площади пашни.

Подходящих земель для коренного улучшения было сравнительно мало, так как давным-давно все такие участки были распаханы. Со временем пришло также понимание ценности именно естественного сенокоса, именно луга, пусть суходольного, но все же луга со всем многообразием различных трав по сравнению с одно- или двух-, трехкомпонентным составом сеяных трав, даже если урожай его выше урожая суходольного луга.

Травы в первый год посева (на них совершенно не выпасается скот) и озимые, обычно у нас нормально развитые, тоже в немалой степени способствуют снегозадержанию. А суметь задержать снег на полях, не дать сдуть его в овраги - в наших условиях чрезвычайно важно для получения хорошего урожая. Ибо у нас меньше всего выпадает дождей в решающий для растений период - после весеннего сева и до сенокоса.

Но, конечно, кардинально решает наряду со многими другими проблемами и проблему снегозадержания и перевода атмосферной влаги в почвенную контурно-мелиоративная организация территории поля с водопоглощающими канавами и лесополосами. Ведь и в почвозащитном севообороте настает время распахать люцерну и сеять зерновые, притом яровые. А для этого надо поднимать зябь и землю оставлять на несколько месяцев не защищенной от смыва.

Весной и летом 1971 года на партийном собрании, сессии сельского Совета, собраниях бригад и уполномоченных вопрос о прекращении до сенокоса выпаса скота в оврагах и содержании его дома обсуждался детально. Тех, кто сомневался или был против, на двух машинах повезли в колхоз "Знамя труда" (сейчас им. Е. А. Андреева) соседнего Моргаушского района, где такой способ содержания скота применялся давно. Председатель этого колхоза Герой Социалистического Труда Евтихий Андреевич Андреев на практике своего колхоза убедил сомневающихся в необходимости в наших условиях такого содержания скота. По возвращении в колхоз провели еще одно собрание, и народ согласился получить сено - одну тонну на корову - и солому с колхозных полей с тем, чтобы с будущего года скот до сенокоса уже не выпускать в овраги. Сейчас, конечно, такое количество сена кажется совершенно недостаточным. Но раньше была совершенно другая обстановка. Урожаи были низкие, трав было немного, колхозникам корма выдавали крайне мало. Каждое хозяйство старалось побольше насушить сорняков с колхозных полей, с кукурузных плантаций на прокорм скотине, скосить жнивье после комбайновой или ручной уборки зерновых.

Через год-два с оврагов, где раньше без корма ходил скот, стали накашивать столько сена, что его вполне хватало для выдачи по одной тонне на корову на каждый двор жителей села. Коров стали держать все больше и больше жителей, даже пенсионеры. Массовый уход колхозников и сельской интеллигенции на заготовку сена и соломы в Горьковскую область прекратился. Большую роль в решении вопроса по защите оврагов от эрозии, по регулированию выпаса скота и переходу на новую форму содержания скота сыграли Ерофей Филиппович Филиппов и Василий Васильевич Мареев, в разные годы возглавлявшие Болыпешемердянский сельский Совет.

Меня все же не мог удовлетворить этот способ содержания скота. Ведь нелегко до середины лета содержать коров дома, да и опасность потравы лесопосадок сохраняется и при выпасе в оврагах после сенокоса. Но главная причина в другом: в душе я был все же убежден, что в скором времени за счет общественного сектора можно будет обеспечить дешевым молоком всех проживающих на селе. Ведь тогда в некоторых экономически крепких колхозах республики отказались от коров в личном хозяйстве. Широко проводившаяся в центральной печати пропаганда специализации и концентрации в животноводстве, строительства комплексов и их высокой эффективности тоже сильно повлияла на меня.

После многократного обсуждения осенью 1974 года жители четырех деревень бывшего до укрупнения колхоза "Ленинская искра" продали своих коров колхозу и стали покупать молоко в специальных ларьках по 20 копеек за 1 кг. Детям и пенсионерам отпускали бесплатно.

Скоро взялись за строительство комплекса на 1026 коров, чтобы со временем таким же образом решить вопрос с личными коровами жителей и других десяти деревень колхоза. С молочным комплексом дело у нас не вышло. Мы там лишились лучшей части молочного стада - около 400 коров было отправлено на мясокомбинат из-за травмы копыт. К этому времени у нас уже было создано неплохое стадо черно-пестрых коров с годовым удоем более 4000 литров на корову.

Пришлось коров вернуть на свои прежние фермы, а комплеке стали использовать для откорма крупскота. И тут он вполне оправдался. В 1981 году отказались и от решения не содержать в личном подворье коров, ибо наши надежды на то, что лишившиеся коров в "добровольном и обязательном" порядке жители четырех деревень будут лучше работать в колхозе, а в личном подворье будут больше выращивать закупаемый с колхозных ферм молодняк крупскота, не оправдались.

На своем горьком опыте мы убедились, что в настоящее время в конкретных наших условиях без коровы крестьянское подворье деградирует. Зачастую без коровы деградирует и крестьянская семья. Ибо корова - это не только молоко и молочные продукты, это целый мир ежедневных забот, обязанностей, радостей, это не только экономический стержень для семьи, но и во многом и нравственный, несущий целебный и зачастую еще очень нужный многим из нынешнего поколения крестьян груз так необходимой ответственности, мобилизующей волю человека только на доброе.

После этого эксперимента, проведенного в четырех деревнях непосредственно в своем хозяйстве, для нас стала несомненной социальная и экономическая значимость крестьянского подворья. И условия для его развития, то есть возможность больше выдавать кормов, создавались по мере повышения урожайности зерновых, резкого увеличения площадей люцерны и возрождения сенокосов в оврагах, ликвидации свиноферм.


назад     оглавление     вперед


Share |

Семейство сайтов Forest.RU: Всё о российских лесах | Дубы Евразии | Всероссийское Движение "Возродим наш лес" | Российский музей лесаОбзоры прессы и аналитика | Леса Новгородчины | Всё о сибирском кедре и его родственниках | Национальный парк "Угра" | Алтайская авиабаза | Выращивание кедра сибирского в Средней полосе России | Дом детского и юношеского туризма и экскурсий | Красноярский Центр защиты леса | Всё о грибах

Forest.RU для Вас: Войти в семейство сайтов | Книги и видео

К началу этой страницы

На входную страницу

рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001289093796 (Интернет-портал Forest.RU)

Напишите нам!